| А.Гладилин |
| 01.08.2009 г. | |
|
Страница 9 из 117 лошадь, уж я-то его знаю.Заезжает Боря на Примате. Боре терять нечего, он битый фаворит, Примат не проигрывал уже полгода. Пожалуй, и сегодня не проиграет. Пижон ошарашенно смотрит на секундомер: Примат прошел прямую за двадцать одну секунду! - М-да! Один Примат. Не с кем ехать. Появляется Корифей, показывает толстенькую пачку билетов. - Примата разбили, кассы трещат! Его играют с первым, пятым и седьмым. То есть в дубле его связывают с тремя лошадьми из следующего заезда - Идеологом, Отелло и Колосом. Что ж, этого и следовало ожидать. "Лупят фонарей"... По радио объявляют: "До закрытия касс тотализатора остается три минуты". Я посылаю Пижона в кассу занять очередь. Нам надо торопиться. А наездники не торопятся. Самые резвые фальстарты они обычно делают перед самым звонком, когда кассы уже закрываются. Я начинаю нервничать, поглядываю на часы. Профессионал невозмутим, цедит сквозь зубы: - Любезная не годится, Гемлок - фуфло. Солист собьется, а Лабиринт хорош, очень хорош; по-моему, Паша что-то задумал. Может, страханемся по рублю? - Нет, - категорически заявляю я, - никогда! Я Пашу принципиально не играю. Лабиринт и вправду хорош. Так, сверюсь с программкой: Лабиринт - от Билл-Гановера и Лазури. От Лазури был знаменитый Лазутчик. У Лабиринта лучшее время - 2.13. А у Примата - 2.09. Наверно, у Лабиринта есть запас. Но ведь Паша известен всему ипподрому под кличкой "Бандит с большой дороги", именно не жулик, а бандит - грабит среди бела дня. На битом фаворите он нагло проигрывает, и, по-моему, свист публики доставляет ему только удовольствие. Если же лошадь никуда не годится, то он делает такие страшные фальстарты, что поневоле публика бросается его играть. А в заезде он едет на последнее место и посмеивается: дескать, обвел простофиль вокруг пальца. Мы с Профессионалом неоднократно клялись друг другу, что больше на бандитские номера не покупаемся. Три минуты на исходе, а Патриция все нет. Наконец появляется. Заезжает. Прямая - 19 секунд. У Профессионала останавливаются глаза. Через мгновение он срывается с места, и я несусь с ним в кассовый зал. Слава Богу, Пижон стоит у самого окошка, но к нему еще надо пробиться. - Эй, молодой человек, как не стыдно толкаться! Это мне. Я не отвечаю. Но подобное интеллигентное обращение режет слух пожилого тотошника, и я слышу за спиной ехидную реплику: "Ишь, фря какая нашлась! И толкнуть его нельзя. Тут ипподром, не хочешь, чтобы толкали, - иди в аптеку". Звонок! Опоздали?.. Но Пижон успевает просунуть руку с деньгами в кассу. - Кто? - спрашивает он, не оборачиваясь. - Четвертый номер, Патриций! - кричим мы ему в ухо. Профессионал диктует ему свои комбинации: 4-1, 4-5, 4-7. По два билета, на шесть рублей. Пижон повторяет ставку Профессионала. |