| Аркадьев |
| 01.08.2009 г. | |
|
Страница 23 из 108 что вызываешь, а я все-таки пойду на приглашение врасчете на обгон в быстроте; другой ход -все равно атакую, но момент неожиданности переношу с начала атаки на ее содержание. Пример первого решения: противник приближается, держа саблю в опущенной руке, и провоцирует простую атаку ударом по голове; при этом он подходит слишком близко и слишком опускает руку. Соперник, учитывал нерасчетливость и неосторожность провоцирующего, наносит в атаке удар по голове, используя лишь объективную выгодность ситуации. Пример второго решения: противник провоцирует атаку двойным переводом с тем, чтобы, разрушая ее, применить перехват с ответом уколом. Атакующий, поняв замысел соперника, атакует с обманом переводом, как того желает противник, но затем неожиданно выполняет укол с переносом. Другой пример: противник провоцирует атаку, чтобы поразить атакующего контратакой. В этом случае фехтовальщик может успешно применять действительные атаки со страхующими от контратаки заслонами или с неожиданными по направлению действиями на оружие. Деление атак и всех фехтовальных действий на простые и сложные, которое лежало в основе классификации действий в теории классических школ фехтования, в настоящее время у нас утратило свое значение. Возникли моменты более актуальные для характеристик различных действий, нежели критерий количества приемов в одном действии. Этот критерий не определяет широкую боевую оценку действия и должен быть сохранен лишь в технической классификации фехтовальных действий. В тактическом же плане сложные атаки можно рассматривать как атаки, в которых подготовка успешной попытки нанести укол или удар входит в единое целое с финальным действием укола-удара. И тогда становится понятным утверждение опытных тренеров прошлого, что наиболее полно проявляется тактическое боевое мастерство фехтовальщика в успешном применении простых атак. Простая атака может быть успешной только при безукоризненной тактической и технической ее своевременности, а нахождение или создание такого момента является наиболее полным проявлением тактического искусства. Успешно применяющий простые атаки фехтовальщик открывает себе пути для смелых выходов в сложные атаки, так как его противник, ожидая нападение посредством простых атак, перестает пользоваться контратаками. Всю нецелесообразность старого понимания простоты и сложности действий легко можно уяснить на примерах: заранее задуманное применение 4-го парада с последующим ответом прямо считается суммою двух простых действий, а атака с батманом в 4-е соединение и последующим уколом прямо-сложным действием, несмотря на то, что последнее действие проще первого. Принято утверждать, что на простую атаку невозможно выиграть темп в контратаке. На самом же деле можно, так как многое зависит от особенностей выполнения простой атаки (отстающий от выпада выход вперед оружия, замах и т. д. ). Атака второго намерения, рассчитанная на поражение противника контрответом в старой классификации, рассматривается как сумма простых действии. А это неправильно. Ведь атака осуществляет единый тактический замысел и поэтому является единым, но сложным боевым действием, составленным из ложной атаки, защиты от ответа и контрответа. Подготовка атаки. Чтобы атака была внезапной, нужно начать ее в |