| Ясунари Кавабата |
| 02.08.2009 г. | |
|
Страница 70 из 85 можно начатьпослезавтра. Седьмой дан, похоже, был ошеломлен. Я продолжал: "Итак, Мэйдзин пошел на уступку Отакэ-сан, поэтому сейчас, когда это особенно нужно, пусть и Отакэ-сан сделает уступку Мэйдзину". Жена Седьмого дана, стоявшая возле постели больного ребенка, церемонно поблагодарила меня. В комнате царил беспорядок. 35 Очередная игра состоялась, как и договорились, через день, 25 ноября, то есть, через неделю после первого игрового дня в Ито. Накануне приехали освободившиеся от осеннего квалификационного турнира в Ассоциации судьи Прощальной партии Онода и Ивамото, мастера шестого дана. Мэйдзин, сидя на узорчатой подушке с лиловым подлокотником, напоминал буддийского священника. В династии Хонинбо еще со времен ее основателя, участника придворных турниров в феодальных замках, носителя титула "Мэйдзин", которого звали Санса или по-церковному Никкай, глава семьи всегда носил духовный сан. Секретарь Ассоциации Явата как-то сказал: - Нынешний Мэйдзин тоже имеет духовное звание, церковное имя его - Нитион, есть у него и ряса. В комнате, где проходила игра, на одной стене висела каллиграфическая надпись кисти Хампо, гласившая "Моя жизнь - часть пейзажа". Глядя на слегка наклоненные вправо иероглифы, я вспомнил, что в какой-то газете встречал сообщение о тяжелом состоянии здоровья доктора Такады Санаэ. Другой свиток изображал "Двенадцать достопримечательностей города Ито" и принадлежал кисти Мисимы Ки, писавшего под псевдонимом Тюсю. В соседней комнате площадью в восемь циновок висел свиток с китайскими стихами бродячего монаха Унсуя. Рядом с Мэйдзином стояла большая овальная жаровня "хибати", отделанная павлонией. Чтобы он снова не простудился, за спиной установили еще одну жаровню и поставили на нее чайник, из носика которого все время шел горячий пар. Седьмой дан настоял, чтобы Мэйдзин повязал шарф и закутался в теплое кимоно на шерстяной подкладке. Мэйдзина слегка знобило. Объявили записанный 105 ход черных, - Мэйдзин сделал ответный 106 ход за две минуты, после чего Отакэ Седьмой дан вновь погрузился в раздумья... - Ну и чудеса! - бормотал он, словно в бреду, - не хватает времени. Поразительно... Сорок часов на шедевр - и не уложиться! Надо же... Такого в мире еще не бывало. Растратил время зря... А ведь мог бы сыграть за минуты... Стоял пасмурный день. За окном неустанно щебетала камышевка. Я вышел на веранду немного разняться. Возле фонтана расцвели вопреки сезону два цветка рододендрона. На ветках были и почки. К веранде подлетела трясогузка. Издалека доносился шум мотора - это насос качал воду из горячего источника. Седьмой дан потратил на 107 ход один час три минуты. 101 ход черных открывал атаку на позицию белых внизу и принес черным очков четырнадцать - пятнадцать. Ход 107 расширил территорию черных слева и тоже принес им около двадцать очков, хотя при этом черные упустили инициативу. Всем нам, наблюдавшим за игрой, показалось, что черные смогут удержать свои приобретения, и мы восхищались |