| Ясунари Кавабата |
| 02.08.2009 г. | |
|
Страница 53 из 85 для Го было нелегко.Я чуть-чуть привстал. - Сыграем партию? Го - очень интересная и занимательная игра, - обратился ко мне иностранец. Он говорил по-японски. Доску он водрузил себе на колени. Так было удобнее - он был выше меня ростом. - У меня тринадцатый ученический разряд, - четко проговорил он, словно предъявляя счет. Это был американец. Сначала я дал ему шесть камней форы. Он рассказал, что учился играть в Ассоциации Го, и ему доводилось играть кое с кем из японских знаменитостей. Формы он знал неплохо, но ходы делал поспешные и пустые. Поражения, казалось, нисколько не волновали его. Проиграв партию, он, как ни в чем не бывало, убирал камни с таким видом, словно в этой партии он не очень старался. Американец строил на доске заученные формы, получал отличные позиции, разыгрывал прекрасные дебюты, но в ней начисто отсутствовал боевой дух. Стоило мне чуть-чуть нажать или сделать неожиданный ход, как все его построения вяло разваливались, бессильно рассыпались. Все это напоминало попытки толчками удержать на ногах нетвердо стоящего человека - от этого я даже стал казаться себе агрессивным. Дело было не в силе или слабости игры, нет, - начисто отсутствовало какое бы то ни было противодействие. Не было напряжения. Японец, как бы плохо он не играл, все равно проявляет упорство в борьбе; в японце никогда не ощущаешь такой немощи. Мой же противник духа борьбы был лишен совершенно. Странно, но я почувствовал, что мы принадлежим к разным племенам. Таким вот образом мы играли более четырех часов - от вокзала Уэно до Каруидзава, и сколько бы он ни проигрывал, его это ничуть не огорчало. Я готов был склониться перед его неистребимой жизнерадостностью. Рядом с его наивной и простодушной немочью я чувствовал себя злобным извращенцем. Вокруг нас образовался кружок зрителей, привлеченных, должно быть, редкостным видом европейца, играющего в Го. Меня это несколько раздражало, чего не скажешь об американце, который проигрывал раз к разу все нелепее - ему было все как с гуся вода. Играть с таким человеком - все равно, что переругиваться на едва знакомом языке. Может и не следует так серьезно относиться к игре, но так или иначе, ощущения от нее совсем не те, что бывают в играх с японцами. Я не раз думал о том, что для европейцев Го выглядит, должно быть, пустой забавой. По словам доктора Дюваля в Германии образовалось около пяти тысяч любителей Го. Все большее распространение получало Го и в Америке - об этом часто говорилось в Хаконэ. Может быть, нельзя судить по одному новичку-американцу, но, откровенно говоря, очень похоже, что игре европейцев и впрямь недостает стойкости. Игра японца выходит за рамки понятий "игра", "соревнование" или "развлечение" - она становится Искусством. В ней чувствуется тайна и благородство |