| Ясунари Кавабата |
| 02.08.2009 г. | |
|
Страница 43 из 85 Затем он сунул руку за пазуху кимоно и застыл внапряженной позе. Это был признак долгого раздумья. Партия подошла к срединной стадии. На этой стадии каждый ход труден. Хотя территории белых и черных более или менее определились, точно подсчитать очки было пока невозможно. И сейчас подошло время делать ходы, придающие границам четкие формы, после чего уже можно вести подсчет. На этой стадии нужно решать, что делать дальше - переходить к есэ (завершающей стадии) и округлять свои территории, вторгаться в территорию противника или же навязать ему борьбу на границах. Именно на этой стадии оценивают партию в целом и в зависимости от этой оценки выбирают тактику на дальнейшие этапы игры. Мэйдзину прислал поздравительную телеграмму доктор Дюваль, который изучал Го в Японии и увез в Германию прозвище "немецкий Хонинбо". В то утро в газете появилось фото: оба партнера читают поздравление доктора. Откладывание пришлось на 88 ход белых, поэтому секретарь Явата быстро проговорил: - Сэнсэй, юбилейный ход! Мэйдзин выглядел похудевшим, хотя казалось, что и щекам его, и шее уже некуда было худеть, но с того жаркого дня 16 июля он чувствовал себя бодро. В таких случаях говорят "с тела спал, кости да кожа - духу легче воспарить". Никто не ожидал, что через пять дней мы увидим Мэйдзина прикованным к постели. Впрочем, когда черные сделали 83 ход, Мэйдзин вдруг вскочил, будто потерял терпение. Видимо, ему была нужна разрядка от усталости. Было 12.27 - время обеда, но впервые Мэйдзин так встал из-за доски: он словно оттолкнул ее от себя. 23 - Я изо всех сил молилась богам, чтобы он не заболел, но видно не хватило мне веры, - сказала мне супруга Мэйдзина утром 5 августа. - Я так боялась, что он заболеет. Может быть, слишком боялась - оттого и вышло наоборот... Теперь только на богов надежда... - добавила она. Мое внимание - внимание любопытного журналиста - всецело было приковано к герою матча - к Мэйдзину. И когда я услышал слова его жены, его долголетней спутницы, они прозвучали для меня так неожиданно, что я не нашелся, что сказать. Должно быть, напряжение, в котором находились участники партии, обострило хроническую болезнь Мэйдзина, так как уже давно он чувствовал боли в груди. Но об этом никому и словом не обмолвился. Примерно со 2 августа у него на лице появилась отечность, заболела грудь. По регламенту 5 августа было игровым днем, однако игра длилась всего два часа с утра. Мэйдзина перед игрой должен был осмотреть врач. - Что врач? Вызвали? - спросил Мэйдзин, и когда услышал, что врач ушел по срочному вызову в поселок Сэнгокухара, добавил: "Ну что ж, тогда начнем". Усевшись за доску, Мэйдзин спокойно взял в руки чашку и принялся |