| Ясунари Кавабата |
| 02.08.2009 г. | |
|
Страница 13 из 85 минут, но записанный им уже вовтором часу девяносто девятый ход был нодзоки в центре доски. В то утро, когда члены Оргкомитета зашли в комнату Мэйдзина и поинтересовались, где он сегодня хотел бы играть: во флигеле или на втором этаже главного корпуса, Мэйдзин ответил: - Я пока не могу выходить на улицу и предпочел бы главный корпус. Но ведь еще раньше Отакэ-сан говорил, что в главном корпусе ему мешает шум водопада. Спросите лучше Отакэ-сан. Будем играть там, где он захочет. Таков был ответ Мэйдзина. 8 Волосок Мэйдзина, о котором я написал в репортаже, был седым и рос в левой брови. Однако на снимке покойного все волоски правой брови получились длинными. Не могли же они вдруг вырасти после смерти. И потом, брови у Мэйдзина были не такими уж длинными. На снимке волоски были явно длиннее, чем в натуре, но ведь фотография не может врать. Вряд ли дело было в обработке пленки. Я фотографировал аппаратом "Контакс" с объективом "Зонар 1.5", и пусть я плохо разбираюсь в технике съемки, но все же вижу, что объектив сработал так, как надо. Для него все одинаковы: живые ли, мертвые ли, все равно, люди это или предметы. Незнакомы ему ни восхищение, ни чувствительность. Если я не напутал при съемке, то "Зонар 1.5" снял все точно. Благодаря объективу снимок покойного получился по тональности богатым и мягким. До глубины души поразило меня то настроение, которым веяло от снимков. Несомненно, это настроение создавалось мертвым лицом Мэйдзина. Ведь лицо человека всегда что-то выражает, хотя у покойного, конечно, за этим выражением не скрывается никаких чувств. Мне даже стало казаться, что фотографии изображают человека не живого, но и не мертвого. Ведь он получился как живой, только спящий. Нет! И это не так. Смотришь на снимок и знаешь, что это покойный, но все равно чувствуешь в нем что-то, одинаково говорящее и о жизни, и о смерти. Может быть, это объясняется тем, что на снимках у покойного такое же лицо, какое бывает у живых? Может быть, это лицо напоминает о многом, что случалось, когда Мэйдзин был жив? Или может быть, дело в том, что передо мной не само мертвое лицо, а лишь его фотография? Удивительно и то, что лицо мертвого гораздо отчетливее и подробнее видно на фотографии, чем воочию. И еще мне подумалось, что эта фотография стала для меня символом чего-то тайного, на что непозволительно смотреть. Потом я пожалел, что сделал фотографии покойного. Все-таки, это был бездушный поступок. Нельзя сохранять мертвое лицо на фотоснимках Хотя правда и то, что эти снимки напоминают мне о необычной жизни Мэйдзина. Мэйдзина никак нельзя было назвать красивым, а лицо его - утонченным. Скорее оно было худощавым и грубоватым. Красотой не отличалась ни одна |