| Владимир Николаевич Шатаев |
| 01.08.2009 г. | |
|
Страница 70 из 125 картина: перед глазами телана белоснежном скате пика Ленина... В ней, кажется, истоки моей болезни. Все это мелькает в секунды. Но чудится, будто нерешительность моя тянется часы, видна и понятна всем - партнерам и даже публике, следящей за мной сквозь оптику. Пора наконец сделать выбор. Я говорю себе: сомнение в моем деле, как и деле канатоходца, больше, чем что-либо, имеет роковые последствия, его можно смело маркировать черепом с двумя костями. Я должен преодолеть себя. Поблажка себе - это поблажка страxy. Это хворост в огонь. Дальше может быть только выбор: или конец альпинизму, или конец собственной жизни - рано или поздно, в некий злосчастный момент страх уведет меня в пропасть в самом физическом смысле этого слова. Я решился. Я изготовился. И в тот же момент поднялась во мне от самого живота, буйно воспряло упругое чувство - злобный протест: на черта мне сдалось это приключение, кому и ради чего нужен этот дурацкий риск, тем более здесь, в чужой стране, где лежит на мне повышенная ответственность?! О чем я думаю? Вот крюк, который открывает прямой и короткий путь, за который можно с гарантией зацепить свою жизнь! Я использовал крюк, быстро прошел стенку и оказался на маленькой площадке. Обеспечив страховку, принял сюда Непомнящего и Внснера. До высшей точки маршрута оставалось немного, и мы легко одолели этот участок. Наверху я заметил, что Фриц Виснер чем-то недоволен. Нет, он не сердился, даже напротив: опускал глаза и был явно смущен. Смущен, видимо, тем, что не знал, как деликатнее выразить свое замечание. Наконец, преодолев себя, он сказал: - Извини, Володя, у нас это не принято. - Что не принято? - Пользоваться чужими крючьями. Я говорю не о тех, что попались внизу. Эти - стационарные. Они - принадлежность маршрута, ими пользуются все, без них нельзя обойтись. Речь о последнем - его забила шедшая перед нами связка. - А что с ним будет, с крюком?! - обиженно ответил за меня Непомнящий. - Что, мы его погнули, сломали?! В конце концов, мы готовы отдать за него десяток. - Толя немного слукавил. Он прекрасно понимал, что Виснер имеет в виду другое. - Ну что ты! Крюка не жалко. - Ясно. Дело в принципе: священное право собственности! - Собственность здесь ни при чем. Это вопрос этики... - Понятно, Фриц, - перебил я его. - Ты хочешь сказать, что чужой крюк - это чужое достижение. - Да, да! Именно это. Нас вправе упрекнуть в несамостоятельном восхождении. Мы, по сути дела, воспользовались чужой помощью. Кстати, крюки на этих маршрутах вообще нежелательны. Здесь ценят, когда их проходят свободным лазанием. - По-моему, излишняя щепетильность. У нае с этим проще: сегодня я воспользовался его крюком, а завтра он |