| Владимир Николаевич Шатаев |
| 01.08.2009 г. | |
|
Страница 26 из 125 о несчастье. Нам предложилиспускаться, оставив труп на месте. Для снятия тела Вербового лагерь высылал группу спасателей. Однако... Вопрос этот не обсуждался. Я не помню, чтобы кто-нибудь произнес хоть слово на этот счет. Решение было принято молчаливо и единодушно... Мы снимали его со страховки осторожно, поддерживая сзади, чтобы не уронить. Он окоченел и не гнулся. Упаковали в мешок и потянули вниз... Это трудная работа даже для людей со свежими силами. Но мы находились в том состоянии физической отрешенности, когда силы берутся неизвестно откуда. Спуск провели четко, слаженно, аккуратно. Тяжелее всего пришлось на ушбинском ледопаде. Под ледопадом нас встретил спасотряд Шалико Маргиани и дальнейшую транспортировку тела взял на себя. На этом кончилась первая я столь печальная часть покорения зимней Ушбы. Продолжение было в шестьдесят пятом году. ГЛАВА IV. ЗИМНИЙ ПУТЬ Мы снова на Ушбинской подушке. У меня такое чувство, будто не выходили из пещеры, будто не было насыщенного, до предела уплотненного года. Однако и пещера не та, и даже состав группы другой. Из прошлогодней команды остались только мы с Кавуненко. Теперь с нами мастера спорта Борис Студенин из Алма-Аты, Владимир Безлюдный - москвич из "Труда", Виктор Тур из московского "Спартака" и москвич-перворазрядник Николай Радимов. Мне сейчас кажется, будто и не случилось того, что случилось, будто пережитый ужас нам предстоит... Я еще в Москве боялся этих психических рецидивов. Нора, куда мы зарылись, оставила кровавые мозоли даже на наших привычных альпинистских руках. Мы выгрызали ее во льду и фирне. Ко всему она оказалась расколотой, как кожура семечка, - тело ее разделила надвое трещина шириной сантиметров пятнадцать. О глубине ничего не скажешь, кроме того, что звук or падающего предмета попросту не доходит. Мы обозвали ее "мусоропроводом" - кидали консервные банки, целлофан от продуктов, остатки еды... Но холодок в душе сохранялся, хоть и попятно, что трещина слишком узка, чтобы быть опасной. ...Всю ночь я провел в тягучей, кошмарной полудреме, а утром сказал Кавуненко: -Мне Вербовой снился. Он с удивлением посмотрел на меня и угрюмо ответил: - Мне тоже. Если она и впрямь существует - телепатическая связь, то у нас с Кавуненко она наверняка установлена. Это понятно - нет лучшей коммуникации, чем веревка. Во время движения общаемся молча. Разве что иногда кидаем два нужных слова: "Выдай" и "Выбери". Впрочем... Не знаю, можно ли разговаривать водителю за рулем, но альпинисту, как и саперу, за работой нельзя. Погода отличная. Коля Радимов и Витя Тур вылезли из пещеры. Хорошая видимость позволила им рассмотреть оставшийся путь. Подробности - увы! - неутешительны. Ушба покрыта ледовым панцирем, от нее веет холодом, который душу морозит больше, .чем тело. За завтраком они нам сказали, что плохо себя чувствуют и дальше идти не смогут. Наверное, так и было. Но |