| Владимир Николаевич Шатаев |
| 01.08.2009 г. | |
|
Страница 2 из 125 малость... И все же, как кляксы,мараем его ослепительную белизну. Я думаю, как непохож Памир на Кавказские горы, уютные, домашние и интимные, как окраинные улочки старого европейского города. Здесь же все огромно и первозданно, все дышит свежестью сотворения. И кажется, будто и в самом деле только что было изречено библейское: "Да будет свет!" Здесь теряется чувство расстояния: не поймешь, что далеко, а что близко. Нет визуальных пропорций - до тех далеких отрогов, которые по правую руку, ходу окажется час, а до этой близкой вершины, по левую, - сутки. Только когда тянешься сюда тысячу за тысячей, когда не поймешь, что у тебя гремит: вещи в рюкзаке или это собственные кости, когда глаза западают в глазницы и не видать, что справа, что слева... тогда блекнут красоты, а загадки и парадоксы вовсе не интригуют... Психика идущего сюда имеет лишь два направления: туда, откуда тянутся его следы, где есть человеческое тепло и совместимость с жизнью, и в противоположную сторону, где нет ни того, ни другого... ...Мне повезло - мои мысли направлены только в одну сторону: вниз, где базовый лагерь... Где Юра Визбор поет свои песни, а доктор рассказывает анекдоты. Где остался Олег Абалаков и куда с высоты шесть шестьсот спускали Сашу Воронова. Они смотрели на нас с откровенной завистью, когда мы с рюкзаками и ледорубами выходили на этот маршрут. Визбор злился на доктора за то, что тот не пускал его выше пика Космонавтов... А Олег... Он, кажется, вообще не вышел из палатки. Тогда я хорошо понимал его - второй сезон неудача. "Пик Коммунизма не принимает его", - говорили в лагере. Было время, когда Олега снимали с высоты 7200 метров - заболел, не дотянув до вершины 245 метров... На этот раз ему удалось побывать только на разведке югозападного ребра, по которому мы хотели сперва идти к вершине. Когда воз-вращались обратно, он прыгнул через трещину - простенькую, элементарную - и растянул себе ногу. И это Олег! Который даже на фоне мастеров скалолазания мог выглядеть как акробат-виртуоз... Так что на маршрут выходили мы вчетвером. Это не первопрохождение - мы идем по пути Евгения Тамма. И если не считать ледника Бивачный, где пришлось прыгать через крупные трещины и блуждать среди ле-са сераксов - причудливых ледяных столбов, - пона-чалу все шло довольно гладко. Часам к пяти, судя по моему альтиметру, перевалили за шесть тысяч. Но до темноты времени хватало, и мы решили сделать еще рывок, чтобы дотянуть до плато пика Правды. Здесь, на высоте 6200 метров, отрыли уютную пещерку для ночевки - копали в охотку, старательно, любовно и весело. Сил хватало! Казалось, так оно и будет до самой вершины. Во время ужина Кавуненко, сосредоточенно глядя в кружку с чаем, сказал Воронову: - Хочешь, |